Первое, что происходит с человеком в терапии — он сталкивается с реальностью

Хочу рассказать о скорости, изменений в том числе, и столкновении с реальностью.

Для меня было открытием, почем многие «бегают» от терапии. Уже готовы прийти на встречу — но не делают решающий шаг. Не назначают встречу. Не приходят на вторую. Делают пару шагов — и останавливаются через десяток встреч.

Все дело в том, что во время психотерапии, хоть личной, хоть групповой, человек сталкивается с реальностью.

Ну, как, сталкивается. Все зависит от скорости.

Кстати, это справедливо не только для терапии, но и для жизни в целом.

Тот, кто давно сидел в одной крайности, и вдруг резко метнулся в другую — расплющивается об реальность. Больно ушибается, как минимум.

Тот, кто привык двигаться быстро, кому характерно делать что-нибудь шустро — те да, сталкиваются, лоб в лоб.

А те, кто двигается медленно, успевают соприкоснуться с реальностью в «святая святых» гештальт-терапии — контакте.

Можно даже — не раскрывая глаз, на ощупь, но все же со-прикоснуться. К собственному бытию. «Ага, я делаю вот так, понятненько, хочу ли я продолжать это делать так же?»

И наконец, совсем не обязательно трогать медведя, чтобы понять, что он может быть опасен.

Можно «столкнуться» взглядом. На безопасном расстоянии. Посмотреть, что происходит, оценить и взвесить, каковы условия, составить прогноз (проецировать, как ситуация будет развиваться). Конечно, пресловутого «контакта» в этом еще нет, зато есть не менее пресловутый «преконтакт».

Итого: в терапии как раз, наоборот и вопреки представлениям клиента,

а) можно не меняться,

б) можно просто для начала посмотреть, что же это за «медведь» в вашей жизни — ходит-бродит, еду ищет и вещи в вашем кемпинге по палаткам разбрасывает,

в) можно «в тестовом режиме» попробовать что-то делать иначе.

  • Там, где молчал — кричать или хотя бы выдавить что-нибудь о своих желаниях.
  • Там, где соглашался — спорить, или где спорил до хрипоты — попробовать согласиться и почувствовать, каково это. Каков он «на вкус», этот новый опыт.
  • Там, где оставался один в поле воином — остаться, но не одному.

Но в любом случае — это про реальность.

Про то, «а что на самом деле происходит, пока я привычно реагирую, опять делаю то же самое, хожу по замкнутому кругу».

 

И тут наступает вторая стадия.

Про сопротивления и реальность

В идеале, конечно, все выглядит так.

Человек хочет делать новое — учится, пробует, нарабатывает опыт — и делает по-новому.

В реальности получается иначе.

Сначала не хочется это «новое». Под любым соусом:

«Я болен.
Мне нельзя.
А мне мама запрещает!

Товарищ старшина, расчёт по-еврейски окончен!»
(с) анекдот

Приходится человеку выкручиваться, потому что

изменение одного фрагмента жизни

приведет к тому, что он «чужероден» остальным,

не встроен с ними в одну систему.

 

Вот и получается: ой, мамочки, реальность! Ой, ужас какой, что ж делать теперь? Это теперь и то перестраивать, и это?

столкновение с реальностью

Но на деле все оказывается не так уж страшно.

Зачастую реальность и далеко не так страшна, как фантазии о ней.

Народная мудрость гласит: «Не так страшен черт, как его малюют!»

И это в полной мере отражает проблему принятия реальности и нового поведения.

Проблемы на самом деле не такие глобальные.

И, до кучи, решаемые.

Главное — вовремя опознать, «а чего ж ты хочешь, мил человек».

И тут приходится признать одну очень грустную истину.

Что, например, чтобы принять реальную реальность, вместо нафантазированной, придется признать

  • себя — не экспертом (сразу гнев: «Это в собственной жизни! Как же так!»),
  • себя — не богом,
  • себя — не безупречным, совсем не рыцарем без страха и упрека,
  • себя — ошибающегося,
  • себя — кем-то покалеченным,
  • себя — довольно несчастным, в сущности, существом. Местами, но все же.

Которому местами хочется неадекватно разгромить этот мир (или его часть) к чертовой матери, вдребезги напополам. А местами — попроситься (и получить!) на рууууучки. Чтоб кто-нибудь приласкал, успокоил, утешил, пообещал, спрятал, и чтоб ножками не ходить. Желательно — прямо сейчас.

И все вот это вот богатство — и агрессия, и бессилие, и собственное несовершенство — они про реальность.

Что, кстати, не означает — «я такой теперь всегда буду».

 

Готовность раскрыться и реальность

Что имеем в итоге?

Столкновение с реальностью может происходить разными способами.

Быстро — или средне — или медленно, или вообще «на расстоянии карандашиков», как на танцах с девочкой в школе.

В танке, в машине, в коробке, в скафандре, в одежке, нагишом или даже разверстой раной, которая болит (например, если приходится признавать про развод — при ране про отвержение).

В любом случае будут пересмотрены и признаны какие-то части себя, поведенческие шаблоны, чувства.

Их придется признать как реально существующие.

Но один нюанс: они существовали и до сих пор.

 

Большое открытие клиента — ему болело, оказывается, и до психотерапии. Иначе бы он не пришел:)

А второе открытие — что может перестать болеть.

Что можно признать реальность своего собственного «сломанного пальца», взять за него ответственность — и перестать им тыкать во все, что попадается, отпрыгивая — «Ой, болит же!»

 

Но подходить к этому стоит нежно, аккуратно, экологично. Без топорного «да ты все придумываешь!» или «щас мы все КАААК исправим!»

Так поступали с нами, когда мы были в уязвимом положении.

И именно поэтому так не хочется на психотерапию. Так не хочется признавать часть себя:

  • раненую,
  • покалеченную,
  • забытую,
  • «отключенную»,
  • отвергнутую.

 

А сделать это все же стоит.

Поэтому минчан я приглашаю на личную терапию — в безопасных, спокойных условиях изучить, какова ваша реальность, и при Вашем желании — подлечить, создать «лубки» или «наложить гипс» на время выздоровления.

А главное, перестать «убиваться» об реальность, сталкиваться с ней болезненным образом.

Я уверена: с ней можно сталкиваться и весьма приятным образом!)

Приходите, жду.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *